Главная / Новости / Пресса о фестивале / Байкальские вести

Пресса о фестивале

23 июля 2009 г.

Байкальские вести

В споре рождается раздражение. А истина по-прежнему у каждого своя. Это подтвердили участники IX Международного фестиваля "Поэзия на Байкале".

Плюс 30 в тени императора

Жарища. Взмыленные поэты и барды группами и поодиночке
подтягиваются к площадке у памятника Александру III и падают
-- кто на скамейку, кто на траву. Организаторы привозят из
Дома писателей на Дзержинского книги местных авторов. Ставят
под сенью металлического монарха столик. Пока Анна
Асеева изготавливается к продаже, ее супруг Игорь Дронов с
маленьким сыном на руках ходит от одной компании к другой.

Гость из Улан-Удэ жалуется, что всем здесь, на фестивале,
некогда послушать его стихи. Все только пьют или говорят
умные слова, а он и не пьющий, и не речистый. Он хочет,
чтобы его послушали. К нему подходит поэтесса из наших:
"Тогда послушай. Это я написала, пока ехала в троллейбусе".
И читает такое, что в жару может иметь для слушателя
летальный исход.

Книжные ярмарки так не делаются. Обычно организаторы дают
народу шанс увидеть сочинителей. Хочется же не просто
автограф испросить, но и поговорить о жизни. А тут выбрали
будний день, пятнадцать ноль-ноль, плюс тридцать с гаком. К
тому же самые именитые мастера -- из числа гостей --
приехали в Иркутск без книжек.

Представить девятый фестиваль "Поэзия на Байкале" как
мероприятие само в себе, идейно бедняцкое, организационно
беспомощное, с креном на спиртное, -- это легко, если,
конечно, у кого-то такое желание есть. Одно только название
главной темы чего стоит: "Поэзия XXI века. В поисках языка".
Прямо каких-то диверсантов закидывают в наше расположение,
тут они отлавливают носителя ценной информации для
дальнейших допросов. Язык должен сказать, какие ему теперь
любы изобразительные средства.

Можно представить дело и так, что везде поэтов и бардов
ждали с распростертыми объятиями, аншлаг сменялся аншлагом,
а гости только и делали, что восхищались деревянным
Иркутском. В общем, поэзия жива, она практически как
полезное лекарство для общества, а фестиваль обречен на
долгую жизнь.

На самом деле по количеству слушателей мероприятия из
программы фестиваля капитально отличались друг от друга.
Встреча в Гуманитарном центре Полевых, выступления в
Шелехове и Ангарске прошли при большом интересе публики. На
встрече в драмтеатре зал был заполнен на две трети, но это
по нынешним меркам хоть и не очень здорово, но и неплохо.

В поисках слуха

Затем дискуссия о поисках языка, главный со смысловой точки
зрения пункт программы, собирает только три десятка
человек: поэтов, работников библиотеки имени
И.Молчанова-Сибирского да нескольких журналистов.
Организаторы рассчитывали на большее число слушателей.
Приходится переходить из большой аудитории на первом этаже в
маленький читальный зал на втором.

Зачем нужно затевать разговор о количестве слушателей, если
поэт по определению должен быть глух до мнения толпы? Да
потому, что уже не толпу даже, а вообще мало кого волнует
то, чем живет поэтический мир. Взаимная глухота привела к
тому, что в Интернете выставили свои произведения порядка
130 тысяч поэтов, но большинство таких страничек неделями
никто не посещает.

Рамку для обмена мнениями пытается задать профессор кафедры
новейшей русской литературы Иркутского государственного
университета Ирина Плеханова:

-- В ситуации крушения смысла, крушения коммуникаций,
дефицита веры какова должна быть поэзия, каковы должны быть
ее перспективные направления? Как мне представляется,
главные направления, которые были заявлены в 80-х годах, --
они себя не то чтобы исчерпали, они высказались, и нужно
ожидать нового решения. Закончила свое развитие, как мне
представляется, метафорическая поэзия. Закончил свое
развитие концептуализм. И тогда что нарождается?

Приходит новая поэзия -- витальная. О жизни. Она может быть
брутальна. Может быть интимна, а может быть сосредоточена на
самом процессе стихотворчества... Но по сути, мол, главный
вопрос сегодня формулируется так: какой свободы ищет поэт в
условиях вседозволенности? После небольшого вступления Ирина
Иннокентьевна приглашает высказаться "властителей наших
дум".

Академический подход к дискуссии не устраивает участников
встречи. Словно не замечая легкой иронии доктора наук,
москвич Максим Амелин первым делом заявляет: "Я не
властитель ничьих дум, и власть на себя брать не хочу. В
России если появляется властитель, то вокруг него образуется
выжженное поле".

По мнению лауреата премии "Нового мира", каждый поэт должен
себя ограничивать. Такое самоограничение -- дело личное.
Кто-то не употребляет неточных рифм, кто-то не пишет
четырехстопным ямбом, а кто-то запретил себе верлибр. Виктор
Куллэ напоминает о простейшем формальном самоограничении
Сергея Довлатова: не употреблять в одном предложении слов,
которые начинаются на одну букву. Кто-то не вовремя
вспоминает о цензуре, царской и советской. И так дошли
до мысли, что "рецептов универсальных нет". Пятерка гостей
плюс Ирина Плеханова, сидевшие лицом ко всем остальным,
перебрасываются ученостями до тех пор, пока не кончается
терпение у шелеховчанина Алексея Гедзевича: "Мы о
лингвистике спорим или о психологических проблемах, ставших
между автором и читателем?"

О вреде четвертой бутылки

Виктор Куллэ делает еще одну попытку рассказать о том, что
он упорный сторонник рифмы. Про трудности с этим делом у
англичан -- по причине суффиксных концов слов. Но у него
вовремя выцарапывает слово Бахыт Кенжеев, проживающий ныне в
Монреале:

-- Мне кажется, наша дискуссия начинает носить технический
характер. Почему надо искать новый язык? Почему нельзя
просто переписать всего Пушкина? Потому что каждое поколение
нуждается в новом слове. Каждый человек, которые имеет
амбиции, должен искать новое слово.

-- Уж не хотите ли вы сказать, что Мандельштам страдал
поиском языка?

-- Еще как! За десять лет две-три публикации. Он лишился
читателей. Когда он приезжал на творческие вечера, публика
негодовала. Вы кого к нам привезли?! Где Уткин?!

Во многом благодаря Кенжееву странная дискуссия перерастает
в обмен мнениями. Вот такого человека, уровня Анатолия
Кобенкова, сейчас не хватает и фестивалям, и нашему
отделению Союза российских писателей. Благодаря своему умению
четко формулировать мысль один из основателей группы
"Московское время" привлекает внимание к теме творческих
союзов. "Нас было четверо, и все мы очень отличались друг от
друга". Общими были только те понятия, перед которыми они
преклонялись, -- любовь, красота, гармония. И ненависть к
ненависти. "Они смеялись надо мной за то, что я заявил:
ранний Заболоцкий намного выше Мандельштама. Поссорились,
выпили три бутылки водки, сдружились. А выпили бы еще одну,
то сочинили бы еще что-нибудь", -- выкрутил Кенжеев, имея в
виду, вероятно, какую-нибудь ахинею вроде манифеста или
профсоюза сочинителей.

Это не о предельных дозах спиртного в поэтических спорах.
Это к сетованиям улан-удэнского гостя о том, что вместо
декламаций поэты пили и говорили умные слова. Хочешь видеть
рюмки на столе -- пожалуйста. Хочешь слушать коллегу --
трезвость только поможет. Достаточно просто не затыкать уши.

Где-то ближе к концу цеховой встречи из зала выходит один из
именитых гостей. Почти на ходу он бросает упрек в адрес
оппонента, тоже гостя, который не дает вставить слова. Чем
подтверждается старая догадка о том, что в спорах рождается
не только истина, но и раздражение. Истина -- она у каждого
своя. Искать путь к читателю каждый из них сейчас будет
поодиночке. Даже к замечанию известного барда Юрия Лореса о
том, что многие приходят к поэзии через авторскую песню,
отнеслись сдержанно.

Дело на миллион

Еще когда главный организатор нынешнего фестиваля Игорь
Дронов ходил вокруг памятника императору с сынишкой на
руках, мы спросили его о том, во сколько обошлось все
мероприятие.

-- Где-то миллион.

-- Не так много, если учесть количество гостей и дороговизну
авиабилетов. Один гость из Монреаля во сколько обошелся.
Деньги бюджетные получали?

-- Ни копейки. Попросили у железной дороги самую малость --
проезд братчан в оба конца. Получили отказ. Но... -- и Игорь
стал перечислять доброхотов из числа руководителей иркутских
фирм.

Так, наверное, и должно быть. Это же не детское мероприятие
с претензией на безоговорочную бюджетную поддержку. Это
поэты. Их хоть голодом мори -- все равно писали, пишут и
будут писать. Губернии, что ли, нужен международный
фестиваль?

Александр Богачев, специально для "Байкальских вестей",
Владимир Медведев, "Байкальские вести".

Оригинал статьи

Оргкомитет фестиваля:

Андрей Сизых santrak@mail.ru

Игорь Дронов  idronov@mail.ru

Анна Асеева  a_aseeva@mail.ru

Юрий Якобсон

Константин Корнеев

Михаил Базилевский

Иркутская областная общественная организация писателей (Иркутское отделение Союза российских писателей): writers_irk@mail.ru

Культурно-просветительский фонд «Байкальский культурный слой» 

Телефон для справок: 8914872-15-11

Группа в Facebook

Группа ВКонтакте

Яндекс цитирования
Rambler's Top100  
Разработка и хостинг: Виртуальные технологии

 

 

В вашем браузере отключена поддержка Jasvscript. Работа в таком режиме затруднительна.
Пожалуйста, включите в браузере режим "Javascript - разрешено"!
Если Вы не знаете как это сделать, обратитесь к системному администратору.
Вы используете устаревшую версию браузера.
Отображение страниц сайта с этим браузером проблематична.
Пожалуйста, обновите версию браузера!
Если Вы не знаете как это сделать, обратитесь к системному администратору.